Мы в СМИ

Победа соглашением


Арбитражный суд Свердловской области утвердил мировое соглашение, по условиям которого бывший генеральный директор общества (ответчик) обязуется перевести обществу (истцу) 1 696 500 000 рублей, а истец фактически отказывается от поданного иска и претензий, относительно возникших по вине директора у общества убытков.

Следует отметить отличную работу консультантов (юристов), которые смогли реализовать заключение такого мирового соглашения по непростой категории споров – взыскание убытков с руководителя юридического лица. Данная категория споров всегда носит, во-первых, крайне личностный характер, то есть стороны не настроены на переговорный процесс и согласование уступок, во-вторых, относится к сложной категории споров.

Рассмотрение таких споров всегда осложняется необходимостью проведения финансово-экономической экспертизы, что обязывает и участников процесса, и суд обладать необходимыми компетенциями в экономической составляющей спора, что встречается не так часто, как этого бы хотелось.

Именно поэтому заключение мирового соглашения – это безусловная победа всех, участвующих в споре сторон, не только из-за той категории, к которой относится спор, но и в целом, так как процент прекращения дел в результате заключения мирового соглашения в арбитражных судах России составляет 3-4% от общего числа рассмотренных дел (согласно данным статистики судебного департамента при Верховном Суде РФ).

Важно отметить, что стороны дважды заключали мировое соглашение, второй раз значительно снизив размер ответственности (на 253,5 миллиона рублей) и сократив сроки исполнения соглашения, что также договорит о потрясающей договороспособности сторон, которая, исходя из статистики, не свойственна сторонам арбитражного процесса.

Сложно сказать, на чем именно основывались требования истца, так как суд спор по существу не рассматривал, доводы стороны в судебном акте не отражены, поэтому обоснованность и основания требований остаются для нас загадкой. Вместе с тем, если ответчик согласился компенсировать столь крупную сумму, можно сделать предположение, что основания для взыскания убытков могли быть, а значит, это очередной сигнал для всех директоров – быть максимально осмотрительным при заключении сделок, помнить не только о рисках компании, но и лично своих.

Утверждение судом отраженных в судебном акте условий мирового соглашения не противоречит закону, истец – активно работающая компания, третьих лиц в данном споре в деле не участвовало, да и в делах о взыскании корпоративных убытков, обычно стороны – это компания и менеджер, с которого взыскивают убытки. Таким образом, мировым соглашением ничьи права не нарушаются.

Традиционно в такой категории споров ответчик находится в максимально невыгодном положении, так как «автоматически» действует презумпция вины руководителя в причинении убытков компании в результате его недобросовестных действий.
И хотя, согласно ГК РФ, добросовестность директора при осуществлении им своих полномочий предполагается априори, в судах зачастую действует обратная ситуация.

Директорам бывает нелегко доказать, что и убытков не было, а если и были, то это не их личная вина, а вина обстоятельств (рынка, третьих лиц, предпринимательского риска).
Тенденция по взысканию с директоров убытков и иного ущерба компании в последние несколько лет показывает уверенный рост, во многом благодаря делам о банкротстве, где менеджмент и собственники компаний-банкротов массово привлекаются к субсидиарной ответственности, с них взыскиваются убытки.

Специальные, казалось бы, правила привлечения менеджмента к ответственности в делах о банкротстве оказывают колоссальное влияние и на порядок рассмотрения дел о взыскании корпоративных убытков вне дел о банкротстве, так как меняется отношение судов к привлекаемых лицам. Так что не известно, как бы закончилась эта история, окажись истец компанией-банкротом, а требование – заявленным в процедуре банкротства.

Поэтому тем более примечательно, что стороны в рамках комментируемого дела договорились выйти из конфликта как с существенным дисконтом по цене заявленного иска (более чем в два раза), так и с фактическим отказом от заявленных в рамках дела требованиях о взыскании корпоративных убытков.

Хотя, как мне кажется, утвержденный текст мирового соглашения не помешает обратиться с похожим иском (изменив основания) вновь, у ответчика при таких условиях имеется риск получить еще один иск о взыскании убытков, во всяком случае такая «опция» у истца остается.

Остается только порадоваться за всех участников спора: за их способность к компромиссу, за кредиторов и собственников истца, который, вероятно, восполнит возникшие убытки и за суд, который улучшил статистику по заключенным мировым соглашениям.



Автор: Павел Двойченков, адвокат, соруководитель практики «Антикризисная защита бизнеса»

Ссылка на источник: Журнал «Трудовое право»