Статьи

Взыскание убытков при недобросовестном выходе из переговоров

⏱ Время чтения: 11 мин.

Ключевые слова: недобросовестность контрагента, предпринимательский риск оппонента, ответственность за недобросовестные действия в ходе переговоров, правила безопасного выхода из переговоров.

Вступление в переговоры с целью заключения договора порождает возникновение у их участников самостоятельных прав и обязанностей, за нарушение которых недобросовестная сторона может быть привлечена к ответственности.

Институт преддоговорной ответственности был закреплен законодателем в статье 434.1 ГК РФ [1] в 2015 году. С тех пор прошло сравнительно немного времени для формирования конкретной и обширной судебной практики по данному вопросу.

Основные вопросы, стоящие перед сторонами переговоров:


  1. В каких случаях имеет место недобросовестность контрагента по выходу из переговоров, а в каких предпринимательский риск оппонента?
  2. Какие действия стороны, вышедшей из переговоров, явно свидетельствуют о ее недобросовестном поведении?
  3. Какими доказательствами сторона переговоров может подтвердить факт недобросовестности действий своего оппонента в случае отсутствия соглашения о порядке ведения переговоров?
  4. Из чего складывается размер ответственности (убытков) за недобросовестный выход из переговоров?
  5. Какие существуют правила безопасного выхода из переговоров?

Статьей 431.1 ГК РФ сделано исключение: в отношении граждан, которые в соответствии с законодательством о защите прав потребителей [2] являются потребителями, не применяется ответственность в виде убытков за недобросовестные действия в ходе переговоров. Таким образом, институт преддоговорной ответственности распространяется только на участников бизнес-сообщества.

По общему правилу стороны переговоров самостоятельно несут расходы на ведение переговоров, и ни одна из сторон не несет ответственности за то, что соглашение может быть не достигнуто. [1] Например, в ходе ведения переговоров сторона может привлечь юриста для составления проекта договора и анализа сделки, привлечь подрядчиков для ремонта помещения или закупить необходимое оборудование в целях соответствия объекта аренды техническому заданию потенциального заказчика. Сторона также может понести командировочные расходы на организацию очных совещаний по вопросу заключения договора с заказчиком, находящимся в ином регионе или стране.
Невозможность возложения на другую сторону переговоров обязанности по компенсации указанных расходов соответствует обычному предпринимательскому риску[2].

В то же время, если одна из сторон несет расходы в ходе ведения переговоров и подготовки к сделке, а другая сторона не имеет намерения вступать в договорные отношения и умалчивает об этом, компенсация таких убытков должна быть возложена на недобросовестную сторону, вводившую потенциального контрагента в заблуждение. Недобросовестный участник переговоров также обязан возместить другой стороне упущенную выгоду в виде неполученных доходов от заключения договора с иным лицом.[3]

Участник переговоров, обращающийся с иском о взыскании убытков, должен доказать следующие обстоятельства: факт нарушения обязательства недобросовестной стороной переговоров, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер требуемых убытков.

Недобросовестные действия при проведении переговоров:


  1. предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;
  2. внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.[1]

В подобных обстоятельствах имеет место презумпция добросовестности каждого из участников, которая соотносится с нормами о свободе договора[2]. Понуждение к заключению договора недопустимо, а, следовательно, прекращение переговоров без указания мотивов не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. Однако, если имеют место действия, указанные в п. 2 ст. 431.1 ГК РФ, недобросовестность ответчика предполагается, и на нем лежит бремя опровержения соответствующих обстоятельств.

В случае, если недобросовестные действия ответчика не относятся к указанным в п. 2 ст. 431.1 ГК РФ, истец должен доказать недобросовестность своего оппонента. К таким действиям могут относиться: ведение переговоров с целью получения информации, относящейся к коммерческой тайне, или с целью воспрепятствования истцу в заключении договора с иными лицами.

Примеры недобросовестных действий в переговорах из российской судебной практики:


Примеры недобросовестных действий в переговорах
Примеры недобросовестных действий в переговорах
Примеры недобросовестных действий в переговорах

В большинстве подобных дел отсутствуют соглашения о ведении переговоров. Однако именно согласование всех условий выхода из переговоров и возможности заключения договора, а также порядка несения расходов значительно снижает риск взыскания убытков с одной из сторон в будущем. Соглашением может быть установлена мера ответственности за нарушение его условий, способы коммуникации между сторонами, сроки согласования предложений, порядок подписания документов.
Ограничить преддоговорную ответственность соглашением невозможно.[1]
В процедурах закупки подача участником заявки свидетельствует о принятии им условий проведения соответствующей закупки, что приравнивается к соглашению о ведении переговоров.[2]

Анализ судебной практики свидетельствует о проблематике доказывания наличия переговоров с ответчиком и его недобросовестных действий.

Доказательства переговоров в случае, когда не заключено соглашение о ведении переговоров:


  1. запросы: о цене, о готовности заключить договор, о предоставлении документов для юридического и финансового анализа;
  2. коммерческие предложения, технические задания;
  3. протоколы переговоров/встреч;
  4. протоколы разногласий к проектам договора;
  5. официальная переписка;
  6. деловая переписка посредством электронной связи[3];
  7. гарантийные письма;
  8. оферта;
  9. конклюдентные действия[4];
  10. протокол выбора контрагента/победителя закупки.

Документы будут являться доказательствами переговоров только в случае их подписания уполномоченными на заключение соответствующей сделки лицами.

Тенденции отказов судов во взыскании убытков

(на основании позиции судов субъектов Российской Федерации):

Тенденции отказов судов во взыскании убытков
Тенденции отказов судов во взыскании убытков

Несколько рекомендаций по безопасному выходу из переговоров:


  1. требуется своевременно уведомить сторону переговоров о необходимости корпоративного или государственного одобрения сделки и информировать о продвижении такого одобрения;
  2. в случае неэксклюзивности переговоров сторона должна быть об этом проинформирована;
  3. согласие на заключение договора должно быть выражено после окончательного решения о его заключении, не рекомендуется сообщать потенциальному контрагенту о предварительном или неформальном согласии;
  4. в случае возникновения препятствий в заключении договора со стороны третьих лиц (например, подрядчиков, банков, внутрикорпоративных служб, проводящих финансовые и юридические проверки и согласования) сторона незамедлительно должна проинформировать об этом своего переговорщика;
  5. рекомендуется заранее сообщить потенциальному контрагенту, при каких условиях договор не может быть заключен (например, по истечении определенного срока, при смене руководства, при поступлении более выгодных предложений);
  6. несогласованные вопросы целесообразно фиксировать в переписке по факту их возникновения.

Подводя итоги, можно отметить, что судебная практика по рассматриваемой категории дел находится в стадии формирования.

Актуальная судебная практика по спорам о взыскании убытков по причине недобросовестного выхода из переговоров гарантирует ответственность только в случае наличия неопровержимых доказательств наличия между сторонами переговоров на финальной стадии и недобросовестного выхода их них. Косвенными доказательствами переговоры подтверждать недопустимо.

Общая тенденция судов — взыскание только документально подтвержденных убытков и отнесение неполученных доходов, рассчитанных на основании показателей рентабельности к предпринимательскому риску.

Автор: Юлия Ефишова
Источник: Журнал «Акционерное Общество»


[1] П. 5 ст. 434.1 ГК РФ.
[2] П. 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц".
[3] Согласно ст. 75 АПК РФ, п. 2 ст. 434 ГК РФ деловая переписка посредством электронной связи признается доказательством. Распечатанные сканированные копии электронных писем можно приобщать к делу как доказательства, к примеру, отправки документов, уведомлений, сообщений, претензий или условий.
[4] Постановление АС Северо-Западного округа от 07.02.2018 по делу N А56-75695/2016.
[1] П. 2 ст. 434.1 ГК РФ.
[2] П. 1 ст. 421 ГК РФ.
[1] П. 1 ст. 434.1 ГК РФ.
[2] Легального определения понятия «предпринимательский риск» законодателем не установлено. По общему правилу и в судебной практике под предпринимательским риском понимаются вероятностные факторы, неизбежно сопутствующие предпринимательской деятельности, в частности, финансово-экономический кризис, нарушение контрагентами своих обязательств или изменение условий этой деятельности по независящим от предпринимателя обстоятельствам, риск неполучения ожидаемых доходов, известная неопределенность предпринимательства.
[3] П. 3 ст. 434.1 ГК РФ.
[1] Здесь и далее Гражданский кодекс Российской Федерации.
[2] Абз. 3 преамбулы Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".